Мои бабушки

История Великой Отечественной войны — это не только ожесточённые бои с фашистскими полчищами, но и титанический труд в тылу. И на фронте, и в тылу советская женщина проявляла себя как героиня, как человек, для которого судьба Родины и народа были главными в жизни.
Когда я узнал о конкурсе, посвящённом 70-летию Победы, сразу перед глазами встали мои бабушки — простые русские женщины, на плечи которых легла вся тяжесть военных и послевоенных лет. Вспоминая их рассказы о тех годах, я заметил, насколько схожи их судьбы. Наверное, если взять жизнь многих женщин этого поколения, то окажется, что она перекликается с жизнью моих бабушек. Почему именно бабушки ассоциируются у меня с тем временем? Во-первых, своих дедов я видел только на фотографиях. Один погиб в 1942 году под Смоленском, другой умер от туберкулёза в 1946 году. Во-вторых, воспоминания из детства очень сильны, и с течением времени я понимаю, что несмотря ни на какие ужасы, страдания военного времени, мои бабули не ожесточились, а остались добрыми, мудрыми, внимательными к своим близким и окружающим людям.
Моя бабушка, Липина Наталья Марковна, родилась в 1907 году в д. Грань (ныне Малые Кизели) Кленовской волости. Образование успела получить в объёме 1 класса. Как рассказывала сама бабушка, когда они только начали учиться во втором классе, в 1918 году в деревню пришли военные и заняли школу под госпиталь. «На этом мое ученье кончилось», — говаривала бабушка. В мою бытность юным пионером, я расспрашивал бабушку о злых эксплуататорах — помещиках, врагах — белогвардейцах и доблестных красногвардейцах. Бабушка же мне спокойно отвечала, что угнетений до революции не замечала — жили, работали. О красных и белых говорила, что разницы между ними не видела. Кто меньше грабил и обижал, тот и лучше. Те и другие были всякие.
В 20-е годы, говорила бабушка, они вели личное хозяйство. Жили зажиточно. В 1932 году вступили в колхоз. На мои расспросы об ударном труде в колхозе на благо Социалистической Родины лишь один раз тихо сказала: «Единолично жили лучше». В колхозе она работала телятницей, конюхом, дояркой. Труд был тяжёлый, весь световой день в поле, ночью — молотьба. Когда началась война, почти все мужчины ушли на фронт, и вся тяжесть сельского труда легла на женские плечи. Хотя дед из-за хромоты на фронт не попал и его назначили председателем колхоза, их жизнь не была лёгкой. В 1943 году за то, что дед разрешил размолоть зерно и раздал муку колхозникам, его посадили в тюрьму. Бабушка осталась с шестью детьми на руках. Вскоре её новорожденная и годовалая дочери умерли от болезни. Кормить детей было нечем, хотя были своя корова, овцы, куры. Молока, мяса и яиц практически не видели, т.к. были планы сдачи продуктов с личных хозяйств, и попробуй их не выполни. Бабушка рассказывала, что даже заставляли растить котят, потом забивали их, используя шкуры.
Но и после Победы жизнь была очень тяжёлой. Зимой 1946 года деда выпустили из тюрьмы домой — умирать от туберкулёза. В сентябре 1946 года он умер, а в декабре того же года родилась моя мама.
Бабушка была очень доброй, тихой, ласковой женщиной. Она никому не хотела быть обузой и боялась стать беспомощной, обременяя своих детей. Она ушла из жизни очень тихо осенним днём.
Другая моя бабушка, Ирина Яковлевна Ширинкина, родилась 16 сентября 1906 года в д. Лариха Дубровской волости Оханского уезда. Детство своё провела в большой, дружной, зажиточной семье. Родителей называла тятя и мама. По её воспоминаниям, работы с детских лет было много, но трудились весело, с удовольствием. Учиться было некогда, нужно было помогать взрослым, и после окончания трёх классов церковно-приходской школы обучение закончилось.
В 1925 году бабушка вышла замуж в д. Лыва Дубровского сельсовета. Завели крепкое хозяйство: 2 лошади, 3 коровы, овцы, поросят, куры. Родилась первая дочь Зина. Вроде жизнь налаживалась, но тут первое испытание — дочка выпала из люльки. После этого девочка сильно болела, к счастью её удалось выходить, но с её головой что-то стало и впоследствии она была признана недееспособной. Потом родились другие дети.
В 1930 году, как и большинство деревенских жителей, вступили в колхоз. Бабушка работала дояркой, её муж (мой дед) трудился бригадиром. В 1938 году после 5 дочерей родился долгожданный сын — Павел Васильевич. В 1939 году деда мобилизовали в армию для участия в боях у реки Халхин-Гол, потом на Финскую войну и, после короткого пребывания дома, летом 1941 года — на Великую Отечественную войну. Моей бабушке приходилось всё это время одной воспитывать сначала шестерых, а потом и семерых детей. После ухода мужчин на фронт бабуле пришлось взвалить ещё один груз — она стала заведующей фермой. В эти тяжелые годы все дети, как могли, помогали взрослым. Было голодно: ели лепёшки из картофельных очисток и лебеды, собирали крапиву, щавель, хвощ, а летом грибы и ягоды. Бабушка рассказывала, что очень больно смотреть в глаза голодных детей. Был случай, когда весной, она сидела и тихо плакала у печи, потому что нечем было их накормить. В подполье картошки оставалось только на посадку. Если сварить картошку сейчас, то садить будет нечего и следующей зимой вообще нечего будет есть. На счастье, зашёл свёкор, узнал в чём дело, сказал «корми детей» и ушёл. Через несколько дней он принёс картошку на посадку. Где и как он её добыл неизвестно.
Мы, внуки, любили бывать у бабушки и жили там неделями. Не забуду, как рано утром негромко начинались передачи по радио, как бабушка хлопотала у печи, как по дому начинал разливаться запах испечённых шанег, как бабушка будила нас завтракать. Мы садились за стол, где каждому стояла кружка со свежим молоком, а посередине стола стояло большое блюдо с горячими шаньгами.
Бабушка прожила долгую жизнь. Она награждена медалью «За доблестный труд в Великой Отечественной войне 1941–1945 гг.», юбилейными медалями в честь тридцати, сорока, пятидесяти лет Победы. Очень она гордилась своим орденом «Материнская слава» за воспитание семерых детей. Дети её не подвели, стали уважаемыми людьми. Среди них кандидат филологических наук, председатель сельсовета и воспитатель детского сада.
Я удивляюсь, сколько сил, выносливости у этого поколения. Как можно не сломаться, пережив похоронку на мужа, смерть детей, непосильный труд в колхозе, после которого дома ждали дети и полный двор скота, и в полном здравии и ясном уме дожить до 91 года. После смерти бабушки в её документах мы нашли листок бумаги в клеточку на котором её рукой написано стихотворение «Убили солдата». К сожалению, мы не знаем откуда эти строки. Но свою боль о погибшем муже бабушка пронесла через всю свою жизнь.
Вот это стихотворение:
В жестоком бою солдатское сердце не бьётся,
И Родину он не увидит свою,
Домой никогда не вернётся,
Смертельную рану сжимая рукой.
Одной он печалью томился,
Что не простился с женой молодой,
С семьёю родной не простился.
Над полем сраженья рассеялся дым,
Умолкли последние взрывы,
Печальные ивы склонились над ним,
Шептались и плакали ивы.
Приди, погляди молодая жена,
Грустишь ты про мужа, не зная, —
Чужая его приняла сторона,
А ива такая ж родная.
А. П. Ширинкин, инженер по ЭОГО Оханской ГКС Пермского ЛПУМГ

Память народа

Подлинные документы о Второй мировой войне

Подвиг народа

Архивные документы воинов Великой Отечественной войны

Мемориал

Обобщенный банк данных о погибших и пропавших без вести защитниках Отечества

LiveJournal Share Button